«Запретный ключ» — Глава 7

←Назад к аннотации |

От висящей в воздухе пыли горло у Ровала нещадно першило и слезились глаза. «Эркилиэль, демон белобрысый! И как ты так быстро все разнюхал?» — мысленно ругнулся разноглазый и пожелал врагам вывалиться из сотворенного в последний момент ненаправленного портала где-нибудь над бездонной пропастью. Надо было срочно найти сбежавшую девушку, но сил не осталось даже на простенький магический поиск.

— Да чтоб этой девке ноги переломало! — кашляя, выругался Дрэнг и осторожно коснулся головы, где набухала свежая шишка. Новое украшение макушка белобрысого мага получила в результате падения непонятного дерева Светланы. Быстро исцелив ушиб, светлый с силой пнул валяющийся рядом горшок, отчего тот практически развалился на две половины.

— Дрэнг, — в раздражении окликнул мага Ровал. — Найди девушку и вытаскивай нас из этого подвала.

Несмотря на то, что просьба была высказана как приказ, блондин самодовольно улыбнулся. Один из сильнейших магов обратился к нему за помощью! Даже тяжелый взгляд разноглазого и факт, что окажись Дрэнг один против двух противников, все закончилось бы плачевно, не смогли унять раздувающегося самолюбия.

Вальяжно проведя рукой по воздуху, маг вгляделся в энергетическую карту города. Мгновения тянулись как смола по стволу дерева. Дрэнг молчал, и улыбка на его лице плавно перетекла в недовольный изгиб губ. Наконец, терпение и так разозленного Ровала не выдержало.

— Дрэнг, ты бездарь! Сколько можно искать одну единственную девчонку?

— Да вечность! Нет ее ауры! Нет! — не менее злобно рыкнул тот в ответ. — Какого демона ты с нее мою сеть снял?!

Ровал не ответил.

В голове герцога быстро мелькали выводы: «Убить не могли, я бы почувствовал. Значит, сокрыли от поиска. Кто мог это сделать? Сильный маг. Но таких в этом городе нет. Тогда…»

Выдохнув сквозь сжатые зубы, Ровал устало потер глаза. Неудачливость девицы начала приобретать просто вселенские масштабы. Надо же было в первые же минуты побега угодить в рабство!

— Вытаскивай нас. И собери ее растение в единое целое, — холодно приказал Ровал недовольно хмурящемуся Дрэнгу.

— А зачем тебе дерево? — блондин бросил брезгливый взгляд на развалившийся горшок.

— Сам сказал, что ауру ее не видишь. Значит, буду по личной вещи искать! — ответил разноглазый, дав гневу скользнуть в интонации ровно на столько, чтобы Дрэнг еле заметно вздрогнул и поторопился выполнить «просьбу» герцога.

Когда цветочный горшок был скреплен простеньким заклинанием, а покосившееся дерево плотно в него утрамбовано, очередная светящаяся нить приклеилась к уцелевшему краю ворот. Ровал, забрав у светлого растение, первым выбрался наружу.

Спустя полчаса маги зашли в местный трактир. Грязная потрепанная одежда заставила бы скривиться любого, но вошедшим хватило всего одного взгляда на хозяина, чтобы тот натянул на лицо самую приветливую улыбку и не задавал лишних вопросов.

— Что господа желают? — подскочил трактирщик, как только мужчины сели за один из столиков.

— Нормальной еды и быстро, — ответил Ровал.

Полноватого мужчину в заляпанном переднике как ветром сдуло. Через несколько минут перед «уважаемыми господами» стояли тарелки с закусками, горячие глиняные горшочки с сочным мясным рагу и две бутылки сладкого красного вина.

— Ну и дыра здесь. Даже еда примитивная, вино… — Дрэнг откупорил бутылку и втянул носом аромат, — хуже только брага.

— Хочешь быстрее отсюда выбраться, раздобудь новую одежду и заряженный амулет-накопитель для меня. И о растении позаботься, а то оно того гляди загнется, — Ровал глазами указал на «метательный снаряд» и сосредоточился на еде.

— А почему я? — презрительно скривился блондин, брезгливо осмотрев покосившееся деревце. Но ответа не получил от чего настроение у Дрэнга упало окончательно.

Быстро встав из-за стола, граф направился перекладывать возложенные Ровалом обязанности на трактирщика.

Колдун же рассеяно поглощал предложенный не то ранний обед, не то поздний завтрак. За размышлениями он практически не чувствовал вкуса еды.

То, что Светлана стала безвольной, имело свои плюсы. Теперь она точно не сбежит! Но ее еще предстояло найти. Тут у Ровала было небольшое преимущество перед всеми прочими охотниками за очаровательной головкой. Браслеты скрывают девчонку от магов, а личной вещи ни у кого, кроме него, нет. И даже если Эркилиэль догадается, куда попала артефактница, то не будет знать точно, когда и в каком месте ее продадут.

В целом ситуация вырисовывалась не самая плачевная.

Вернувшийся блондин пару раз пробовал завязать беседу с Ровалом, но тот либо молчал, либо отговаривался сухими «да» и «нет». Когда еда и вино подошли к концу, к гостям снова подскочил хозяин таверны и сообщил, что готов проводить «достопочтенных господ» в их комнату.

Выделенное для проживания помещение Дрэнг описал как «деревенский примитив». Трактирщик долго и витиевато извинялся и объяснял, что лучше в его заведении нет, пока его не прервал Ровал:

— Хватит. Лучше поторопитесь с одеждой.

— Да-да, ваша светлость, — заискивающе тараторил мужчина, не переставая улыбаться, хотя спина у него вспотела от страха. — А за цветочком вашим присмотреть?

Герцог ограничился кивком. Трактирщик быстро схватил горшок и, непрестанно кланяясь, быстро попятился в сторону двери.

— Проследи. И про амулет не забудь, — приказал Ровал Дрэнгу, и тот, недовольно морщась, вышел вслед за хозяином заведения.

Через пять минут в дверь тихо постучались. Местная служанка прошмыгнула в комнату. Стараясь не смотреть в сторону колдуна, она положила сверток с одеждой и выскользнула в коридор. Внезапно вспомнилось пребывание в доме Светланы, ее манящее, прижимающееся к Ровалу, тело. «Маленькая дерзкая девчонка, которая неосознанно тянулась к артефакту!» — разноглазый горько усмехнулся. Да, сейчас это стало как никогда ясно. Схватив принесенный служанкой сверток, герцог поспешил в душ.

Холодные струи сбегали по черным волосам и напряженным мышцам, смывая пыль и грязь. Но вот забрать с собой мысли колдуна вода не могла.

Давно он не испытывал такой досады из-за женщины. Больше всего расстраивало, что, будучи безвольной, Светлана не скажет что-либо дерзкое. Не будет больше той бесстрашной девушки, лишь безэмоциональная оболочка, которая живет по приказу.

Ровал силой сжал кулаки. Злость расправила крылья в душе и позволила сделать единственно верный вывод: «Лучше пусть будет безвольной! Проблем меньше!»

Злился колдун на себя. На то, что вдруг почувствовал слабость из-за эфемерных, совершенно в реальной жизни не нужных вещей. Только глупец мог поверить, что кто-то в здравом уме по доброй воле потянется к черному магу, отмеченному печатью смерти! Так еще из-за этой слабости дал слово! Теперь придется обеспечить девчонке, а, следовательно, и себе безопасность. И во что бы то ни стало, вернуть силу «Сиянию»…

Внезапно мага окружила темнота. Нет, он так и стоял под холодным душем. Но вот перед внутренним взором предстала совершенно другая картина: освещенный магическими шарами небольшой зал, в центре которого возвышался обсидиановый алтарь. На его гладких черных боках мерцали эльфийские руны, а сверху лежал тонкий ритуальный кинжал с резной нефритовой рукоятью.

Видение длилось лишь несколько секунд, и вот, Ровал снова смотрит на старую облезлую плитку душевой.

Краем глаза маг уловил затухающие сияние из вороха своей одежды. Артефакт. Черноволосый криво усмехнулся: «Если бы все было так просто, Илидэр», и, мотнув мокрой головой, потянулся к полотенцу.

В комнате разноглазого уже ждал Дрэнг. Блондин вальяжно развалился на стуле, с легкой брезгливостью рассматривая уже нормально вкопанное деревце.

— Амулет принес? — холодно поинтересовался Ровал.

Блондин вздрогнул от неожиданности. Но, быстро взяв себя в руки, вынул из внутреннего кармана небольшой сверток.

— Ничего лучше в этом захолустье не нашлось, — виновато пожав плечами, сказал Дрэнг и положил завернутый в тряпочку амулет на стол.

Когда герцог взглянул на накопитель, то невольно скривился. Неправильной формы булыжник больше всего напоминал покрытую зеленой плесенью пористую губку. Верный признак, что залитая в камень энергия — не очищенная, и процесс ее усвоения будет крайне неприятным.

— Честно, ничего больше не было! — повторил оправдания Дрэнг и наигранно невинно улыбнулся, увидев кислую мину разноглазого. Блондин радовался, что смог невольно напакостничать разноглазому: «Не дремлет око справедливости Суна, вывел Ровала на дорогу возмездия!»

Ровал бросил угрюмый взгляд на блондина и начал вытягивать силу. К горлу тут же подкатил тошнотворный комок. Позеленевший герцог с усилием вдохнул и постарался пересилить рвотный рефлекс. Обед удалось вернуть обратно в желудок, но лучше от этого не стало.

Дрэнг притворно вздохнул и заторопился в душ:

— А в душе у них как? Сильно погано?

— Тебе понравится, — не остался в долгу Ровал и лег на выделенную кровать. Дикая усталость требовала отдыха, несмотря на все неприятные ощущения от усвоения неочищенной силы.

Спустя какое-то время к тошноте прибавилось головокружение. Лежать с закрытыми глазами и делать вид, что ничего особенного не происходит, стало просто невыносимо. Резким рывком разноглазый встал и потер пальцами переносицу. Удивительно, но в комнате царила темнота. Видимо, в какой-то момент уставший маг все-таки умудрился провалиться в дрему.

Дрэнг тихо спал. Это бесспорно порадовало Ровала, ибо от постоянного наигранного сочувствия уже воротило куда сильнее, чем от амулета-накопителя. В вертикальном положении мутить стало меньше, но, к сожалению, люди не кони, и спать стоя не могут. А очень хотелось, ибо беспокойная дрема на фоне недомоганий не только не подняла самочувствие, но даже, казалось, его ухудшила. Ровал тихо проклял неумелого создателя зеленого пористого камня.

Когда глаза уже закрывались, несмотря ни на какие «приятные» ощущения, энергия в амулете закончилась. Выкаченный подчистую он осыпался мелкой крошкой. Брезгливо отряхнув руку, герцог повалился на кровать. Ни на мысли, ни на эмоции сил не осталось.

Да и утром самочувствие Ровала не слишком изменилось. Голова гудела, желудок периодически противно сжимался. Дрэнг бросил быстрый взгляд на «похмельного» товарища и неуверенно спросил:

— Завтрак заказывать?

Ровал скрипнул зубами. Резерв восстановился лишь на треть, а колдуну требовалась хотя бы половина.

— Заказывай, — процедил разноглазый.

Блондин быстро вышел. А когда вернулся с подносом, вновь получил в благодарность лишь кислую мину Ровала. Черноволосый без энтузиазма помешал липкую кашу и, проявив титаническую силу воли, запихал в себя всю порцию. Каша ненавязчиво попросилась наружу, но Ровалу было не до сантиментов и разборчивости. Девушка уже практически сутки находилась неизвестно где, и это заботило мага куда сильнее, чем притязания собственного желудка.

Когда дело дошло до поиска, Ровал тихо ненавидел всех и вся. Возможно, именно это и мешало ему «договориться» с деревом. Через полчаса разноглазый был готов согласиться с остроухими садоводами и поверить, что растения имеют зачатки разума. А иномирское чудо природы не хочет возвращаться к своей хозяйке, которая его уже дважды швырнула с высоты.

Но, видимо, бог дорог Сун, связывающий созданий нитями судьбы, все-таки решил помочь разноглазому колдуну. Сделав еще одно усилие, Ровал наконец-то смог почувствовать еле уловимую связь с беглянкой. Она находилась достаточно далеко от города и продолжала удаляться на запад. Прикинув, какой невольничий рынок находится на этом направлении, Ровал открыл глаза и сообщил застывшему в ожидании Дрэнгу:

— Выезжаем в Тринтерн.

Правильно народная мудрость гласит: «не умеешь пить — не берись!». Когда я очнулась, голова звенела как пустой чугунок, но боль в теле была куда сильнее. Мышцы ныли так, словно я всю ночь вагоны грузила. От всплеска туманных воспоминаний обо всем произошедшем прошлым вечером с губ невольно сорвался стон, и появилось стойкое желание спрятаться под подушку.

Дотанцевалась, Анжелика недоделанная?! Мужика решила «уделать»! В итоге оказалась под ним! А самое ужасное — мне понравилось… вроде бы. По крайней мере, память никаких неприятных ощущений не выдавала. Точнее воспоминания обрывались практически сразу по завершению танца. Последнее что еще как-то всплывало в голове это путешествие на руках Претэка до кровати.

Правы были подружки, когда звали развлекаться: нельзя так долго быть одной! Организм не железный, может и сорваться! Вот мой, похоже, и сорвался. Ему теперь хорошо, а мне как-то не по себе.

Когда я успела так низко пасть? С первым встречным, да еще по пьяни! Раньше я и представить не могла, что способна на такое. Родители меня всегда наставляли, что беспорядочные связи ни к чему хорошему не приведут. И я следовала этому принципу, хотя от трижды разбитого сердца он меня не уберег.

Дима — первая любовь. Обычная, подобная многим, история: свидания, поцелуи, романтика и расставание с горючими слезами через полгода.

Вторым оказался темноволосый красавец Игнат, убедивший, что все, кто меня бросал, полные идиоты. Он также уверял, что мы будем вместе навеки, и в нашей счастливой семье появится двое сыновей. Обещанное «навеки» продлилось ровно полтора года, а потом ему родила дочку моя знакомая с работы, яркая блондинка Татьяна.

О! Работа! Здесь состоялся третий любовный роман, в результате чего погорела не только моя репутация, но и должность старшего бухгалтера. Дура — я! Пригрела своего помощника Сергея, дом ему дала, а что взамен? Куча слухов о моей некомпетентности и якобы перекладывания обязанностей на него! И вообще, он со мной от безысходности был, якобы, так как я ему пригрозила: если не будет милым и ласковым, лишится работы.

Это было бы смешно, если бы в итоге меня попросили уволиться по собственному желанию. Директор Анна Семеновна так и заявила: «Мы — приличная фирма, и некомпетентных работников с сомнительной репутацией в штате иметь не желаем!»

И вот уже два года я — как монашка компьютерная. Всякая работа претит. Ухаживания раздражают. Последние месяцы, в отсутствии хоть какой восьмичасовой занятости, вообще лишили меня свежего воздуха.

Оставалось единственное утешение — фэнтези! Ох, сколько же времени я мечтала, как бы развернулась в таком мире, нашла мужчину своей мечты и…

Радуйся красавица! Теперь у тебя и фэнтези, и свежий воздух, и мужик! Вот только мир ужасен, мужчина — работорговец, а ты для него — вещь.

Я резко перевернулась на живот и накрыла голову подушкой в попытке сдержать рвущиеся на волю вой и слезы. Пришлось приложить неимоверное усилие, чтобы не зареветь навзрыд.

Господи, за что? Кого я так сильно обидела, что мне все мечты исковеркали, и проблемы вагонами отгружают?

Истерика продолжала набирать обороты, когда скрипнула, открываясь, дверь. От того, что мое уединение нарушили в столь неподходящий момент душевных терзаний, я напряглась и замерла. Последние соленые капли моментально высохли.

— С добрым утром! — раздался довольный голос Претэка. Желание зарыться поглубже в кровать возросло в сто крат, но сбыться этому было не суждено. Подушку, которую я держала, прикрывая голову, с силой вырвали. — Да ладно тебе. Все ж отлично было!

Отлично?!

Это было бы отлично, не будь я в рабстве!

Хотя если Претэк сейчас скажет, что я свободна, то, пожалуй, я с ним соглашусь. Все-таки надо признать: русоволосый очень симпатичный и с женщинами умеет обращаться. В общем, еще пара плюсов, и я перестану мучиться угрызениями совести.

Подняв голову, посмотрела на мужчину и постаралась радостно улыбнуться. Получилось вымучено. Похмелье и душевные терзания не способствуют натягиванию приветственного выражения лица. А вот торговец, несмотря на ранее утро, выглядел бодро.

— Над улыбкой еще поработай, — усмехнулся Претэк, осматривая мой всклокоченный вид и кислую мину. — Покупатели любят, когда им мило улыбаются.

Надежду на свободу последние слова задушили окончательно. Я почувствовала себя наивной дурочкой. Опять меряю реальность фэнтезийными романами, где перед героинями все мужики падают и сами в штабеля укладываются. Пора бы уже привыкнуть, что это не мой случай.

Зло выдохнув, натянула улыбку особы, не обремененной мозгами. Претэк довольно хмыкнул:

— Другое дело. Одевайся, скоро завтрак принесут.

 

 

Над болотом простиралась привычная тишина, прерываемая редкими всплесками от выбивающихся из недр газов. Внезапно появившаяся черная дыра портала, из которой вывалилось два матерящихся эльфа, положила конец размеренной умиротворенности сего места. Оскорбленная ряска с радостью поглотила нарушителей, но блаженное спокойствие топей продлилось недолго.

Откашливаясь и рыча проклятия, мужчины выбрались на берег. Не обращая внимания на спутника, Эркилиэль быстро утер лицо и осмотрелся.

Редкие серые деревья уходили корнями в хлюпающую от переизбытка влаги землю. Воздух чуть дрожал от зеленоватого тумана. Как ни силилось яркое весеннее солнце, разогнать болотную дымку не могло.

— Далеко забросил, зараза разноглазая. Чтоб ты надорвался! — с досадой заключил Эркилиэль и тряхнул головой. Внезапно по спине беловолосого скользнуло что-то склизкое и холодное.

Странные ощущения заставили замереть. Шевеление повторилось.

Эльф быстро сунул руку себе за шиворот и извлек длинную черную пиявку. Правда, раздавить кровососущего червя не решился. При первой же мысли об этом затхлый воздух наполнился недвусмысленным напряжением, обещая показать убийце все прелести местных омутов и топей.

С легким всплеском пиявка исчезла в ряске. Да, болото, которое являлось местом силы, не желало отдавать своих обитателей в жертву. Но истощившийся резерв пополнить и зарядить амулет портала все же как-то стоило, чтобы быстро вернуться к поиску девчонки. Эх, как бы сила Хранителя Илидэр облегчила беловолосому жизнь! Но по прихоти богов это богатство досталось Ровалу.

Эркилиэль со злостью прищурился. Нет, так просто он не сдастся. Шустрая девица герцогу в руки попасть не должна.

Вспомнив сияющую ауру, беловолосый отбросил всякие сомнения: он столкнулся с живым потомком рода Найвел. Более того, связь с артефактом она уже установила. Стоило поторопиться. Но для начала кое-что выяснить.

— Говори, о чем с Ровалом договаривался, — коротко приказал Эркилиэль Орпилу. Тот уже давно стоял на коленях, склонив голову, как и полагалось перед Повелителем.

— Его интересовала причина сбоя в работе «Сияния», — тихо ответил наемник. — В обмен на жизнь я рассказал, что девушка Светлана — потомок рода Найвэл.

— Пойдешь со мной, — бесцветно бросил Эркилиэль в сторону изгнанника. Осведомленность герцога не радовала эльфийского Повелителя. Теперь ему предстояла гонка со временем.

Черноволосый наемник поднялся с колен. Спорить в его положении было смертельно опасно, ибо Повелитель легко мог привести когда-то смягченный изгнанием приговор в исполнение.

Эркилиэль быстро настроился на местное магическое поле. Точка сосредоточения, как и предполагал эльф, находилась недалеко. Все-таки ненаправленный портал всегда привязывался к таким местам.

Идти было крайне трудно, ноги постоянно увязали по щиколотку в жиже, которая в местных условиях считалась твердью земною. Но лучшей дороги от Болота даже древний эльф не смог добиться. Топь обладала не только силой тьмы, но и скверным характером.

Путь омрачал непрекращающийся писк кровососущих насекомых, которые периодически кусали в незащищенные одеждой части тела.

— Демонова мелкотня! — ругнулся в полголоса Орпил и хлопнул себя по шее. — Напали будто у меня кровь лишняя.

— Да уж, будь добр активнее разгонять мошкару, твоя кровь еще мне пригодится, — криво усмехнулся спутнику Эркилиэль.

Изгнанник резко изменился в лице. Присущие всем эльфам холодность и спокойствие сменились неприкрытым страхом. Мгновенно сообразив, для чего ему сохранили жизнь, наемник резко метнулся в сторону.

«И на что рассчитывает?» — Эркилиэль устало покачал головой. Настроение ухудшалось с каждой секундой. Легкий взмах руки, и черная нить, словно гадюка, скользнула к убегающей жертве, плотно обвивая ту за щиколотку.

Резкая обжигающая боль пронзила ногу Орпила и тело моментально замерло. Подчиняющее заклятие, которое принесли с собой Путы, великолепно выполнило свое предназначение.

— Вернись, овечка, — со злобной улыбкой приказал Повелитель.

У изгнанника не осталось выбора. Через несколько секунд Орпил покорно стоял рядом.

— Вот и хорошо. Теперь глупостей не натворишь, — довольно хмыкнул Эркилиэль. — Не хочу, чтобы ты поранился раньше времени.

От слов беловолосого Орпил скривился. Хотелось сказать что-нибудь язвительное, но благоразумие подсказывало, что лучше на алтаре умереть быстро, чем быть в сознании на протяжении всего ритуала и испытывать нестерпимую боль.

Спустя несколько минут хлюпанья и пищания комаров эльфы добрались до старой полуразвалившейся лачуги. Судя по множеству черепов различных рогатых животных, здесь располагался жертвенник Темных Идолопоклонников Крака. Да, почитатели темного бога, следящего за загробным миром, любили устраивать «святилища» в таких «приятных» местах. Хотя, кажется, алтарь на болоте был заброшен уже много лет.

Пол хижины нещадно скрипел. Воздух, еще более затхлый, чем на улице, с трудом протискивался в легкие, отчего постоянно першило в горле. Парочка созданных беловолосым голубоватых огоньков взлетели под потолок. Их света хватило, чтобы легко рассмотреть под слоем пыли остатки круга обретения силы.

— В центр, — приказал Эркилиэль Орпилу.

Связанный заклинанием, тот беспрекословно подчинился и опустился на колени в указанном месте. Беловолосый встал напротив и начал читать Взывание к Источнику. Доступ к силе мог открыть только круг, которому требовалось напитаться кровью.

Быстрый взмах кинжалом, и черноволосый мешком осел на пол. Из тонкой раны на его шее непрерывным потоком хлынула кровь, подгоняемая еще бьющимся сердцем. Орпил дернулся в последнем порыве зажать рассеченные артерии, но было уже слишком поздно.

Круг постепенно впитывал в себя кровь, разгораясь мягким красным свечением. Когда узор пентакля стал четко виден, Эркилиэль произнес последние слова заклинания:

— Adenor edikre rinote!

В тот же миг по телу Повелителя пробежалась покалывающая волна силы. От наполнившей воздух магии приятно кружилась голова, и казалось, что можно встать всесильным. Только протяни руку, чтобы взять «свой приз»!

Усмехнувшись забавным мыслям, эльф неспешно продолжил восстанавливать резерв, даже не пытаясь впитать больше, чем нужно. Он прекрасно знал, как сходят с ума наивные дураки, ныряющие в Источник с головой и захлебывающиеся силой.

Обряд восстановления занял практически весь день. Когда Эркилиэль вернулся к реальности, солнце клонилось к закату. Приятно потянувшись, мужчина щелчком пальцев превратил обескровленный труп Орпила в пепел.

— Теперь можно и девицу Найвэл искать! — бодро изрек эльф и вгляделся в энергетическую карту Лирэнда. Но что-то пошло не так.

Несмотря на все старания, беловолосый смог ощутить лишь тусклый артефакт, окруженный черно-зеленой аурой герцога Ландербергского. Найвэл как сквозь землю провалилась!

«А может и провалилась… Так. Ровал девицу не скрыл бы, даже если поймал. Сильно уж он резерв растратил, формируя ненаправленный портал. В другой мир улизнуть она не успела бы. Тогда куда, демон забери, исчезла девчонка?!» — эльф сердито нахмурился. Выводы напрашивались сами и отнюдь не радовали: «Девицу вполне могли спрятать работорговцы, благо у них даже средство есть — сэнкры!»

Еще немного постояв в раздумьях, эльфийский Повелитель решил, что следить за перемещением артефакта вполне можно из более комфортного места, и извлек из кармана амулет портала. Подзарядка столь хрупкого предмета — кропотливое занятие и не каждому под силу. Одно неверное движение и возвращаться придется пешком.

«Как же это утомительно! Но все изменится, когда у меня будет «Сияние»!» — в голове беловолосого промелькнули приятные мысли о будущем. Правда сейчас пришлось привычно сосредотачиваться на тончайшем плетении и аккуратно накачивать его силой.

Через пару часов амулет был готов к работе. После активации перед эльфом открылась черная дыра портала. Мужчина уверенно шагнул в пустоту.

Стоило перегруппировать «войска», ибо война за «Сияние» приобретала характер долгого противостояния, которое требовало точного расчета.

Известив о скором завтраке, Претэк оставил меня в гордом одиночестве. Ну, оно и к лучшему: не надо было мучиться, растягивая губы и хлопая глазками. Сев на постели, я оглянулась. Мои вещи валялись по полу наглядным свидетельством ночной страсти. На мне остались лишь стринги. Надо же! Хоть что-то одела… Чтоб им пусто было!

В душе вспыхнула необъяснимая злоба. Маленький предмет интимного гардероба хотелось порвать, или, как минимум, выкинуть. Кусая губы, все же стала торопливо одеваться. Надо сказать, вовремя! Только я закончила, как в дверь без стука вломился с подносом мой персональный «официант», который вчера приносил воду. Мужчина деловито расставил тарелки на столе и развернулся ко мне. На его губах играла сальная ухмылка, от которой стало жутковато.

Непроизвольно отступила на шаг.

Да, в его глазах я просто как сахарная косточка для собаки. Одежды минимум, хозяином опробована. Мамочки!

В этот момент остро захотелось лицезреть Претэка! Ибо другой защиты от потного мужика в маленькой каюте я представить не могла.

— Тебя только запрет господина бережет, — хмыкнул охранник и подошел вплотную.

От надвинувшейся громадины меня бросило в холод. Ладошки моментально вспотели, а тело сковал страх. Даже дернуться не смогла, когда мужчина взял меня за подбородок. Пришлось смотреть в горящие желанием глаза.

— Но потрогать тебя запрет не мешает, — доверительно сообщил он.

От несвежего дыхания охранника я непроизвольно скривилась. Чувство отвращения неудержимым цунами заполнило все естество и смыло страх. Не совсем понимая, что делаю, я со всей силы пнула охранника коленом. Попадание оказалось на удивление четким. Мужик тихо взвыл и скрючился от резкой боли в паху.

Однако на победные мысли времени не было. Со всех ног я кинулась к двери, благо «официант» ее не запирал, когда входил, и пулей вылетела в темный коридор. Но мгновение свободы оборвалось ловушкой из крепких объятий.

Неужели их двое?!

В панике я задергалась, надеясь разорвать захват.

— Успокойся! — рявкнул удерживающий меня мужчина знакомым голосом.

Претэк. Господи, вот еще пару минут назад я бы его с радостью покусала, а сейчас готова расцеловать от облегчения. Нос щекотнул приятный терпкий аромат, чем-то напоминавший запах свежих лесных орехов.

— Что происходит? — холодно спросил русоволосый.

— Он ко мне приставал! — сбиваясь на каждом слове, выдала я. И замерла в ожидании ответа.

Мне ничего не оставалось, как доверится эфемерному «запрету господина» и жадности работорговца, который не даст попортить ценный груз.

— Вон, — властно скомандовал Претэк охраннику.

Мужик, быстро поклонившись, прошел мимо нас. От брошенного в мою сторону колючего взгляда непроизвольно прижалась к гипотетическому защитнику. Претэк легко перехватил меня за плечи и провел обратно в комнату. Когда щелкнул замок, облегченно вздохнула.

— Спасибо.

Работорговец усмехнулся и кивнул в сторону накрытого стола:

— Завтрак остынет.

Я послушно села на стул и осмотрела предложенную пищу. «Мясо!» — утробно взвыл желудок, а рот моментально заполнился слюной. Миску с кашей принципиально отодвинула и стала приноравливаться к куриной ножке. Как ни странно, но помимо ложки мне сегодня были предложены нож и вилка.

Нет, если бы сидящий рядом Претэк пристально не смотрел мне в рот, я бы руками ухватилась и все обгрызла. А так пришлось орудовать столовыми приборами. Все-таки я девушка из интеллигентной семьи: папа — инженер, мама — бухгалтер.

Быстро отпилив кусочек белого мяса, положила его в рот… И забыла как меня зовут. Первый раз в этом мире ем что-то нормальное, не пересушенное, не липкое и не безвкусное! Хорошо!

— М-м, — не смогла сдержать возгласа удовлетворенного гурмана.

— Хм, с вилкой и ножом знакома, а что за столом вести себя надо тихо, не знаешь, — усмехнулся Претэк.

— Отчего же? Знаю, — я слегка пожала плечами. — Просто за последние дни эта куриная ножка оказалась единственной вкусной пищей.

Работорговец рассмеялся. Обычно, даже как-то по-доброму. Я невольно залюбовалась им. И факт, что смеются надо мной, вернуть из состояния созерцания не мог. Претэк явно не подходил под понятие «среднестатистический». Приятные черты лица и спортивная фигура возводили его как минимум в категорию «красивый мужчина». Пока глаза изучали работорговца, в голову полезли не самые целомудренные мысли. По коже пробежались мурашки, напоминая о прикосновениях сильных рук и жаре его тела.

Мамочки! Видимо у меня не только организм тормоза сорвал, но и мозг разжижился! Уже узурпатором восхищается!

Пока я пялилась на Претэка, тот прекратил смеяться и слегка склонил голову, пристально смотря на меня.

— Нравлюсь? — он насмешливо заломил бровь и улыбнулся.

Нет, и вот как на это ответить? Физически почувствовала, как заливаюсь краской. Ответить «да» и возрадоваться, что сплю в кровати хозяина, гордость не позволяла. Все равно не оценит и продаст. Сказать «нет» не могла.

Ну почему у меня не может быть все как у нормальных людей! Была бы безвольной куклой и не мучилась вопросами этики!

Когда молчание стало совсем неприличным, а Претэк в ожидании ответа даже придвинулся поближе, я зацепилась взглядом за пристегнутую к его поясу плеть.

— А зачем плеть? Безвольные же не могут сопротивляться, — быстро протараторила я.

Мужчина снова откинулся на спинку стула. Дышать стало… легче.

— Это оружие, — спокойно пояснил Претэк. Капитан Очевидность, а я и не догадывалась.

Хотя какое из плети оружие? Меч, по моему мнению, куда действеннее. Я вновь с сомнением оглядела средство усмирения непокорных. Кольцо из свернутого кожаного плетеного шнура напоминало змею, расположившуюся на отдых. Но стоит только прикоснуться, и она будет готова безжалостно жалить.

Внезапно два желтых камня, заменяющие саблезубому животному в навершии ручки глаза, вспыхнули и погасли. От неожиданности я вздрогнула. Похоже, в этом мире, куда не плюнь, в артефакт попадешь!

— На пути, порой, разбойники встречаются, да и подчиненные иногда слишком… самостоятельные, — добавил, тем временем, работорговец.

— Ты же не будешь его… — договорить фразу не смогла, ужасное предположение застряло комом в горле.

— Он нарушил запрет. — Русоволосый лишь пожал плечами, будто в намечающемся наказании ничего особенного не было.

М-да, вот это нравы. Трудового кодекса на них нет! Фантазия быстро нарисовала карикатуру, на которой директор в деловом костюме сечет нерадивых менеджеров. Метод наверняка действенный. Не сдержав нервную ухмылку, спрятала ту за легким кашлем.

Мою реакцию работорговец расценил по-своему.

— Тебя это касаться не должно, — холодно заявил Претэк и встал. — Прогулка через два часа.

— Я и не касаюсь, — обижено буркнула я. Уж что-что, а вот в чужой монастырь со своим уставом не полезу. Только уточню: — А почему прогулка не сейчас?

Работорговец снова оттаял и привычно усмехнулся.

— Ты у нас особенная, тебя отдельно выводить надо.

— А-а-а… — многозначительно протянула я.

Претэк уже направился к двери, когда я поняла, что жутко не хочу оставаться в гордом одиночестве. Это минимум скучно, максимум грозит новыми приставаниями обслуживающего персонала.

— А если мне скучно станет?

— Ну, могу предложить книжку почитать, — работорговец поморщился. — У меня, кажется, где-то здесь валялся бухгалтерский справочник по сведению балансов…

— Книга! — это слово будоражило сознание, а руки просто зачесались от желания полистать бумажные страницы. Но радость погасла под давлением фактов: алфавита-то я здешнего не знаю. Поэтому мрачно выдавила: — Эм… спасибо. Но я читать не умею.

— Неграмотная? — Претек понятливо хмыкнул. — Это ничего, бывает.

От такого снисхождения стало еще хуже — уж безграмотной меня назвать сложно! Да и на этот самый справочник я бы с удовольствием поглядела, если бы понимала местные закорючки.

Жутко захотелось отправить Претэка на землю и посмотреть, как он будет оправдываться в своем не знании письменности.

Глаза сами уперлись в доски пола, а от обиды стало тяжело дышать. Но моего состояния снова не поняли.

— Чего тут стесняться-то? — русоволосый мягко улыбнулся и потрепал меня по голове. — Не переживай, от рабынь знания грамоты не требуют.

Вот только жалости мне и не хватает. Закусив губу, я раздраженно стала поправлять взъерошенные волосы. А мужчина усмехнулся и вышел.

Теперь мне предстояли два часа скуки и самокопания. Что может быть лучше?

КОНЕЦ ОЗНАКОМИТЕЛЬНОГО ФРАГМЕНТА

←Назад к аннотации

123d

Подписка
Переживаете, что важные новости о выходе книг, встречах с автором и других интересных событиях пройдут мимо вас? Подпишитесь на рассылку! =)
Labirint.ru - ваш проводник по лабиринту книг
Индекс цитирования